Европейское родословие
Дело Казимира Девялтовского
«Дело» Казимира Девялтовского хранится в Российском государственном архиве древних актов (РГАДА) в фонде Сибирского приказа в разделе «Столбцы» Ф.214 Оп.3 Д.812 Лл.1-36. В нем фигурируют два выходца из Речи Посполитой шляхтич Казимир Девялтовский и Кузьма Мишуков, которые ехали в Москву для челобитья в Сибирский приказ, но были задержаны в Вологде 19 января 1664 г. В заключении они провели чуть менее двух лет. С октября 1664 г. до февраля 1666 г. велось «следствие». Ниже приводится полная выписка из документа.
Отписка из Вологды о «заключенных» 30.10.1664 г.
Л.2 Царю Государю и Великому князю Алексею Михайловичу Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержцу, холоп твой, Стенка Зубов, Богдашко Ефимов челом бьют. В нынешнем, Государь, во 173 году октября в 30[1] били челом тебе Великому Государю и Великому князю Алексею Михайловичу Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержцу Польские везни[2], которые присланы на Вологду из Сибири из Енисейска шляхта Казимер Девялтовской, да мещанин Куземка Мишаков, а на Вологде в сем жена с сыном. Холопам твоим, подали две челобитные за руками[3]. И, что нам, холопам твоим, те их челобитные под отпискою с Вологды послать к тебе, Великому Государю, к Москве. И мы, холопы твои, те их челобитные послали к тебе, Великому Государю, (Л.3) к Москве, под сию отпискою. Да отписку, Государь, и челобитныя велели подать в Сибирском приказе твоем, Великого Государя, окольничему Родиону Матвеевичу Стрешневу да дьякам
[1] 30 октября 1664 г.
[2] Везень – заключенный.
[3] С подписью челобитчиков.
[1] 30 октября 1664 г.
[2] Везень – заключенный.
[3] С подписью челобитчиков.
Челобитная Девялтовского из вологодской тюрьмы 30.10.1664 г.
РГАДА Ф.214 Оп.3 Д.812 Л.4
Л.4 Царю и Великому князю Алексею Михайловичу Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержцу бьет челом бедной я, беспомощной с Вологды из опальной тюрьмы заключенный, холоп твой, иноземец Польской и Литовской земли шляхта, а твой Великий Государь высокой Царской руки полонянин, а енисейского острогу служилый дворянского списку верстаной конной службы новозаписной вечной жилец Казимерко Девялтовской.
В прошлых, Государь, годех по твоему, Великого Государя, указу, с Москвы сослан я был в твою, Великого Государя, дальнюю Украину, в вотчину, Сибирские городы в Енисейской острог. И будучи я в енисейском остроге служил тебе, Великому Государю, конную казацкую службу, да как я, живучи в енисейском остроге, женился на вдове пятидесятника на Алексеевской женишке Оленева на Анюте. И бил я челом тебе, Великому Государю, на вечное житье в Енисейском [остроге] в твою, Великого Государя, службу. А в Енисейском остроге в Съезжей избе воеводе Василию Елизаровичу Голохвастову подал челобитную, и воевода Василий Голохвастов ту мою челобитную под отпискою из Енисейского острога послал к тебе, Великому Государю, к Москве в Сибирской приказ Енисейского острогу с сыном боярским Федором Посниковым.
И по твоему ж, Великого Государя, указу, а по моему челобитью из Енисейского острогу отпущен я, холоп твой, к тебе, Великому Государю, к Москве для своего челобитья с тем же Федором Посниковым вместе. Да по твоему ж, Великого Государя, указу и по грамоте из Енисейского острогу посланы были иноземцы полонянине к тебе, Великому Государю, к Москве с тем же Федором Посниковым. И на Вологде воевода Никита Константинович Стрешнев да дьяк Анисим Чистого по твоему, Великого Государя, указу и по грамоте енисейских посыльных к Москве полоняников у Федора Постникова по росписи принял да сверх росписи, и меня, холопа твоего, за неведомость у Федора Посникова изъяли ж и посадили в опальную тюрьму, а тот Федор по недружбе, особного моего енисейского отпуску, на Вологде воеводе и дьяку не объявил, а енисейскую воеводскую отписку с моею челобитной и к той отписке, и подо-
В прошлых, Государь, годех по твоему, Великого Государя, указу, с Москвы сослан я был в твою, Великого Государя, дальнюю Украину, в вотчину, Сибирские городы в Енисейской острог. И будучи я в енисейском остроге служил тебе, Великому Государю, конную казацкую службу, да как я, живучи в енисейском остроге, женился на вдове пятидесятника на Алексеевской женишке Оленева на Анюте. И бил я челом тебе, Великому Государю, на вечное житье в Енисейском [остроге] в твою, Великого Государя, службу. А в Енисейском остроге в Съезжей избе воеводе Василию Елизаровичу Голохвастову подал челобитную, и воевода Василий Голохвастов ту мою челобитную под отпискою из Енисейского острога послал к тебе, Великому Государю, к Москве в Сибирской приказ Енисейского острогу с сыном боярским Федором Посниковым.
И по твоему ж, Великого Государя, указу, а по моему челобитью из Енисейского острогу отпущен я, холоп твой, к тебе, Великому Государю, к Москве для своего челобитья с тем же Федором Посниковым вместе. Да по твоему ж, Великого Государя, указу и по грамоте из Енисейского острогу посланы были иноземцы полонянине к тебе, Великому Государю, к Москве с тем же Федором Посниковым. И на Вологде воевода Никита Константинович Стрешнев да дьяк Анисим Чистого по твоему, Великого Государя, указу и по грамоте енисейских посыльных к Москве полоняников у Федора Постникова по росписи принял да сверх росписи, и меня, холопа твоего, за неведомость у Федора Посникова изъяли ж и посадили в опальную тюрьму, а тот Федор по недружбе, особного моего енисейского отпуску, на Вологде воеводе и дьяку не объявил, а енисейскую воеводскую отписку с моею челобитной и к той отписке, и подо-
Л.5 рожную он, Федор Постников, потаю провез мимо Вологды с собою к Москве. И на Москве в Сибирской приказ ту енисейскую воеводскую отписку с моей челобитной он, Федор Посников, подал ли или нет, того я, бедной, не ведаю, или по недружбе потаил же. Да у меня ж в Енисейском остроге для моего вечного житья оставлена женишка и детишка, и с челядники, и со всеми моими животы, и служилым ружьям, и с коньми, и со всяким заводом в моем купленном дворишке в енисейском же остроге.
И ныне я, холоп твой, за неведомость на Вологде сижу в темнице и помираю голодной смертью, и со всякия тюремныя нужды в конец погибаю за напрасно многое время. А твоего, Великий Государь, указа и по сечи [нрзб], какова мне, холопу твоему, [нрзб] по енисейской воеводской отписке, и под отпискою, по моей челобитной. А обо мне, бедном, и беспомощном заключенном, холопе твоем, новослужилом енисейском жильце, тебе, Великому Государю, побить челом некому безроден и безплемянен я, иноземец, а женишки моей сродичи по твоему, Великого Государя, указу все с Москвы высланы на твою, Великого Государя, службу, а кроме Бога и тебя, милостивого и праведного Великого Государя, помощника себе я, бедной холоп твой, никого не имею. Милосердный Государь и Великий князь Алексей Михайлович Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержец, пожалуй меня, замученного холопа твоего новослужилого иноземца Енисейского острогу вечного жильца, за мою Енисейского острогу службишку и для моего вечного Енисейского острогу житья, и всякого служилого заводу домовного, и женишки, и детишек моих, вели, Государь, с Вологды стольнику и воеводе Степану Афанасьевичу Зубову да дьяку Богдану Ефимову сию мою челобитную под отпискою послать к себе, Великому Государю, к Москве, к своему, Великий Государь, Милостивому Царскому указу, и подать отписку в свой, Великого Государя, в Сибирской приказ. И вели, Государь, по енисейской воеводской отписке и по моей челобитной, и по сей челобитной же свой, Великого Государя, указ учинить и с темницы свободить, и к себе, Великому Государю, к Москве с Вологды меня взять, а с Москвы меня вели, Государь, сослать на вечное житье в Сибирь в Енисейской острог и приверстать в свою, Великого Государя, службу. Царь Государь, Смилуйся Пожалуй
Л.4об. K siej colobitnoj ruku prylozył Kazimierko Diewiałtowski
И ныне я, холоп твой, за неведомость на Вологде сижу в темнице и помираю голодной смертью, и со всякия тюремныя нужды в конец погибаю за напрасно многое время. А твоего, Великий Государь, указа и по сечи [нрзб], какова мне, холопу твоему, [нрзб] по енисейской воеводской отписке, и под отпискою, по моей челобитной. А обо мне, бедном, и беспомощном заключенном, холопе твоем, новослужилом енисейском жильце, тебе, Великому Государю, побить челом некому безроден и безплемянен я, иноземец, а женишки моей сродичи по твоему, Великого Государя, указу все с Москвы высланы на твою, Великого Государя, службу, а кроме Бога и тебя, милостивого и праведного Великого Государя, помощника себе я, бедной холоп твой, никого не имею. Милосердный Государь и Великий князь Алексей Михайлович Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержец, пожалуй меня, замученного холопа твоего новослужилого иноземца Енисейского острогу вечного жильца, за мою Енисейского острогу службишку и для моего вечного Енисейского острогу житья, и всякого служилого заводу домовного, и женишки, и детишек моих, вели, Государь, с Вологды стольнику и воеводе Степану Афанасьевичу Зубову да дьяку Богдану Ефимову сию мою челобитную под отпискою послать к себе, Великому Государю, к Москве, к своему, Великий Государь, Милостивому Царскому указу, и подать отписку в свой, Великого Государя, в Сибирской приказ. И вели, Государь, по енисейской воеводской отписке и по моей челобитной, и по сей челобитной же свой, Великого Государя, указ учинить и с темницы свободить, и к себе, Великому Государю, к Москве с Вологды меня взять, а с Москвы меня вели, Государь, сослать на вечное житье в Сибирь в Енисейской острог и приверстать в свою, Великого Государя, службу. Царь Государь, Смилуйся Пожалуй
Л.4об. K siej colobitnoj ruku prylozył Kazimierko Diewiałtowski
РГАДА Ф.214 Оп.3 Д.812 Л.5
Челобитная Мишукова из вологодской тюрьмы 30.10.1664 г.
Л.6 Царю Государю и Великому князю Алексею Михайловичу Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержцу бьет челом бедной и беспомощной с Вологды из опальной тюрьмы заключенной иноземец, а твой, Великого Государя, высокой Царской руки полонянин Могилевский мещанин Куземка Михайлов сын Мишаков.
В прошлых, Государь, годех по твоему, Великого Государя, указу был я, полоняник, в ссылке в дальней твоей, Великого Государя, вотчине Сибирских городех в Енисейском остроге без выезду семь лет. И в Енисейском остроге по моему, полонянина твоего, челобитью был я, полонянин, поверстан в Енисейском остроге с посадскими тяглецы вместе и твой, Великого Государя, службы служил и тягло подати давал Енисейского острогу с посадскими тяглецы вместе.
И по твоему, Великого Государя указу, а по моему, полонянина твоего, челобитию из Енисейского острогу с иноземцами ж, с полоняники, служилою шляхтою вместе, послан был я к тебе, Великому Государю, к Москве для челобитья о свей бедности, бить челом тебе, Великому Государю. И в прошлом, Государь, во 172[1] году, по твоему, Великого Государя, указу и по Грамоте на Вологде и иноземцы служилые, и шляхта одержаны и посажены в опальную тюрьму. И я, полоняник, с женишкою и с сынишком с тою же шляхтою посажен в темницу до твоего Государева указу.
Милосердный Государь Царь и Великий князь Алексей Михайлович Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержец, пожалуй меня, заключенного полоняника своего прошлых лет, за первую мою службишку и тягла подати Енисейские. Вели, Государь, мне быть на вечном житье в енисейском остроге и на иноземцево, Петра Кашниского, место в своей, Великого Государя, службе включить служилого, и, иноземец, я пригожусь. И вели, Государь, меня с женикою и сынишном на Вологде из темницы свободить и сослать в Енисейской острог, и приверстать в свою, Великого Государя, службу. И вели, Государь, сию мою челобитную под отпискою с Вологды послать к себе, Великому Государю, к Москве в Сибирской приказ. Царь Государь, Смилуйся Пожалуй
Л.6об. К сей челобитной, написанной именем Богоматери, служилый Сидорко Иванов в место иноземца Кузьмы Михайлова Мишакова, по его веленью, руку приложил
[1] 7172 год – 1663/1664 гг.
В прошлых, Государь, годех по твоему, Великого Государя, указу был я, полоняник, в ссылке в дальней твоей, Великого Государя, вотчине Сибирских городех в Енисейском остроге без выезду семь лет. И в Енисейском остроге по моему, полонянина твоего, челобитью был я, полонянин, поверстан в Енисейском остроге с посадскими тяглецы вместе и твой, Великого Государя, службы служил и тягло подати давал Енисейского острогу с посадскими тяглецы вместе.
И по твоему, Великого Государя указу, а по моему, полонянина твоего, челобитию из Енисейского острогу с иноземцами ж, с полоняники, служилою шляхтою вместе, послан был я к тебе, Великому Государю, к Москве для челобитья о свей бедности, бить челом тебе, Великому Государю. И в прошлом, Государь, во 172[1] году, по твоему, Великого Государя, указу и по Грамоте на Вологде и иноземцы служилые, и шляхта одержаны и посажены в опальную тюрьму. И я, полоняник, с женишкою и с сынишком с тою же шляхтою посажен в темницу до твоего Государева указу.
Милосердный Государь Царь и Великий князь Алексей Михайлович Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержец, пожалуй меня, заключенного полоняника своего прошлых лет, за первую мою службишку и тягла подати Енисейские. Вели, Государь, мне быть на вечном житье в енисейском остроге и на иноземцево, Петра Кашниского, место в своей, Великого Государя, службе включить служилого, и, иноземец, я пригожусь. И вели, Государь, меня с женикою и сынишном на Вологде из темницы свободить и сослать в Енисейской острог, и приверстать в свою, Великого Государя, службу. И вели, Государь, сию мою челобитную под отпискою с Вологды послать к себе, Великому Государю, к Москве в Сибирской приказ. Царь Государь, Смилуйся Пожалуй
Л.6об. К сей челобитной, написанной именем Богоматери, служилый Сидорко Иванов в место иноземца Кузьмы Михайлова Мишакова, по его веленью, руку приложил
[1] 7172 год – 1663/1664 гг.
Рассмотрение челобитных в Сибирском приказе 9.04.1665 г.
Л.7 В Сибирском приказе писано
В прошлых во 172 году[1] писал к Великому Государю Царю и Великому князю Алексею Михайловичу Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержцу с Вологды воевода Никита Стрешнев да дьяк Аникей Чистого. По указу де Великого Государя и по отписке из Сибири из Енисейска воеводы Василия Голохвастова принял он на Вологде польских и литовских людей да полонян их у Енисейского сына боярского у Федора Посникова с товарищи по росписи 49 человека.
И в нынешнем во 173 году[2] писал к Великому Государю с Вологды же воевода Степан Зубов да дьяк Богдан Ефимов, и прислал под отпискою вологодских тюремных сидельцев, польских и литовских людей полоняников Енисейских присыльных Казимира Девялтовского да могилевского мещанина Куземки Мишакова, за руками челобитные, а в челобитных написано.
Будучи де он в Енисейском [остроге], в ссылке, Казимер Девялтовской служил Великому Государю казачью службу и женился на енисейского пятидесятника, Алексеевской жене Оленя, на вдове Анютке. (Л.8) А могилевской мещанин поверстан де он в енисейском же в посаде. И сидел он в посаде ж в осму лет всякие. Государеву службу служил и подать давал с посадскими людьми вряд. И Куземку по указу Великого Государя велено прислать из Енисейска к Москве для размену польских и литовских людей полоняников. И он де Казимер и Куземка били челом в Енисейском [остроге] воеводе Василию Голохвастову, чтоб де он отпустил их к Москве бити челом Великому Государю о своих нуждах. И Василей де Голохвастов послал их с теми же ссыльным людьми, и енисейской же сын боярской Федор Постников приехал к Вологде, отписку и челобитныя от них утаил по недружбе. И он де Казимер и Куземка на Вологде посажены в тюрьму с теми же присыльными польскими и литовскими людьми за неведомо. А женишко де его Казимерова с детишками в Енисейском остроге меж двора помирают с голоду, а побить челом Великому Государю от них некому. А могилевский мещанин Куземка на Вологде в тюрьме сидит и с женою, и с детьми. Чтоб Великий Государь пожаловал, велел их на Вологде из тюрьмы свободить и для их челобитья взять к Москве, а с Москвы их послать по-прежнему (Л.9) в Сибирь в Енисейской острог в свою Государеву службу, чтоб де им на Вологде, сидя в тюрьме за неведомо, с голоду не помереть и напрасно вконец не погибнуть.
А по челобитью ж он, Казимер, и мещанин Куземка из Енисейска прислан. И женился де Казимер в Енисейском [остроге]. Того в енисейской отписке Василия Голохвастова и в росписи именно не написано, и особой отписки в Сибирском приказе и челобитные их не объявлялись.
А ко Сибирским и по Вологодским отпискам, и по росписям на Вологде в тюрьме польских и литовских людей 94 человека. 173 апреля в 9[3] по указу Великого Государя окольничий Родион Матвеевич Стрешнев, слушав сие выписки, приказал послать Государеву Грамоту на Вологду. И воеводе по челобитью шляхтича Казимера Девялтовского да мещанина Кузьму Мишакова, которыя присланы из Сибири из Енисейска на Вологду и посажены по Государеву указу на Вологде в тюрьму, велю их из тюрьмы свободить и с Вологды прислать к Москве за приставом.
А ж с Москвы им дать корм, чем бы мошно доехать будет, они гораздо бедны. А Кузмину жену и сына до Государева указу на Вологде велеть дать за пристава, и давать им корм, чем бы мошно сытым быть, покаместа Казимер и Куземка с Москвы по Государеву указу в Сибирь в Енисейской [острог] на вечное житье против своего челобитья будут отпущены
Л.10 Отписать в Сибирской приказ, кто именно на Вологде воевода и дьяк, и как пишут.
Стольник и воевода Степан Афанасьев сын Зубов да дьяк Богдан Ефимов
[1] 7172 год – 1663/1664 гг.
[2] 7173 год – 1664/1665 гг.
[3] 9 апреля 1665 г.
В прошлых во 172 году[1] писал к Великому Государю Царю и Великому князю Алексею Михайловичу Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержцу с Вологды воевода Никита Стрешнев да дьяк Аникей Чистого. По указу де Великого Государя и по отписке из Сибири из Енисейска воеводы Василия Голохвастова принял он на Вологде польских и литовских людей да полонян их у Енисейского сына боярского у Федора Посникова с товарищи по росписи 49 человека.
И в нынешнем во 173 году[2] писал к Великому Государю с Вологды же воевода Степан Зубов да дьяк Богдан Ефимов, и прислал под отпискою вологодских тюремных сидельцев, польских и литовских людей полоняников Енисейских присыльных Казимира Девялтовского да могилевского мещанина Куземки Мишакова, за руками челобитные, а в челобитных написано.
Будучи де он в Енисейском [остроге], в ссылке, Казимер Девялтовской служил Великому Государю казачью службу и женился на енисейского пятидесятника, Алексеевской жене Оленя, на вдове Анютке. (Л.8) А могилевской мещанин поверстан де он в енисейском же в посаде. И сидел он в посаде ж в осму лет всякие. Государеву службу служил и подать давал с посадскими людьми вряд. И Куземку по указу Великого Государя велено прислать из Енисейска к Москве для размену польских и литовских людей полоняников. И он де Казимер и Куземка били челом в Енисейском [остроге] воеводе Василию Голохвастову, чтоб де он отпустил их к Москве бити челом Великому Государю о своих нуждах. И Василей де Голохвастов послал их с теми же ссыльным людьми, и енисейской же сын боярской Федор Постников приехал к Вологде, отписку и челобитныя от них утаил по недружбе. И он де Казимер и Куземка на Вологде посажены в тюрьму с теми же присыльными польскими и литовскими людьми за неведомо. А женишко де его Казимерова с детишками в Енисейском остроге меж двора помирают с голоду, а побить челом Великому Государю от них некому. А могилевский мещанин Куземка на Вологде в тюрьме сидит и с женою, и с детьми. Чтоб Великий Государь пожаловал, велел их на Вологде из тюрьмы свободить и для их челобитья взять к Москве, а с Москвы их послать по-прежнему (Л.9) в Сибирь в Енисейской острог в свою Государеву службу, чтоб де им на Вологде, сидя в тюрьме за неведомо, с голоду не помереть и напрасно вконец не погибнуть.
А по челобитью ж он, Казимер, и мещанин Куземка из Енисейска прислан. И женился де Казимер в Енисейском [остроге]. Того в енисейской отписке Василия Голохвастова и в росписи именно не написано, и особой отписки в Сибирском приказе и челобитные их не объявлялись.
А ко Сибирским и по Вологодским отпискам, и по росписям на Вологде в тюрьме польских и литовских людей 94 человека. 173 апреля в 9[3] по указу Великого Государя окольничий Родион Матвеевич Стрешнев, слушав сие выписки, приказал послать Государеву Грамоту на Вологду. И воеводе по челобитью шляхтича Казимера Девялтовского да мещанина Кузьму Мишакова, которыя присланы из Сибири из Енисейска на Вологду и посажены по Государеву указу на Вологде в тюрьму, велю их из тюрьмы свободить и с Вологды прислать к Москве за приставом.
А ж с Москвы им дать корм, чем бы мошно доехать будет, они гораздо бедны. А Кузмину жену и сына до Государева указу на Вологде велеть дать за пристава, и давать им корм, чем бы мошно сытым быть, покаместа Казимер и Куземка с Москвы по Государеву указу в Сибирь в Енисейской [острог] на вечное житье против своего челобитья будут отпущены
Л.10 Отписать в Сибирской приказ, кто именно на Вологде воевода и дьяк, и как пишут.
Стольник и воевода Степан Афанасьев сын Зубов да дьяк Богдан Ефимов
[1] 7172 год – 1663/1664 гг.
[2] 7173 год – 1664/1665 гг.
[3] 9 апреля 1665 г.
Государева Грамота в Вологду 17.10.1665 г.
Л.11 От Царя и Великого князя Алексея Михайловича Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержца на Вологду стольнику нашему и воеводе Степану Афанасьевичу Зубову да дьяку Богдану Ефимову. В прошлом во 173 году[1] писали к нам, Великому Государю, и прислали к Москве под отпискою свою польских везней, вологодских тюремных сидельцев, которые по нашему, Великого Государя, указу присланы на Вологду из Сибири из Енисейского острога для размену наших, Государевых, ратных людей, и посажены на Вологде в тюрьму до нашего, Государева, указу, шляхтича Казимера Девялтовского да мещанина Куземки Мишукова челобитные за руками их. А в челобитной их написано, чтоб нам, Великому Государю, пожаловать их Казимира и Куземку, велеть с Вологды отпустить, к Москве, а с Москвы отпустить их в Сибирь в Енисейской острог в нашу, Великого Государя, службу, в какую они пригодятся.
И как к вам сия наша, Великого Государя, Грамота придет, (Л.12) и велеть шляхтича Казимира Девялтовского да мещанина Куземку Мишукова велеть их из тюрьмы свободить и отослать к Москве за приставом, и велеть им корму дать, чтоб им мочно доехать до Москвы будет, они гораздо бедны. А Куземкину жену Мишукова и сына его [нрзб] ж из тюрьмы велеть свбодить и дать на Вологде за пристава, и давать нашего, Государева, жалования, подельного корму, чем им мочно сытыми быть, покаместа он, Казимер, и Куземка с Москвы в Сибирь отпущены будут.
Да которого числа и с кем именем с приставом с Вологды их Казимера и Кузьму к Москве отпустите, и велеть о том к нам, Великому Государю, отписать, а отписку велели подать и Казимеру, и Куземке [нрзб] в Сибирском приказе окольничему нашему Родиону Матвеевичу Стрешневу да дьяком нашим Григорию Поронину, да Льву Ермолаеву. Писал на Москве лета 174 октября 17[2]
Послана Государева грамота с Вологодским Великим стряпчим с Ываном Панфиловым того ж числа
[1] 7173 год – 1664/1665 гг.
[2] 17 октября 1665 г.
И как к вам сия наша, Великого Государя, Грамота придет, (Л.12) и велеть шляхтича Казимира Девялтовского да мещанина Куземку Мишукова велеть их из тюрьмы свободить и отослать к Москве за приставом, и велеть им корму дать, чтоб им мочно доехать до Москвы будет, они гораздо бедны. А Куземкину жену Мишукова и сына его [нрзб] ж из тюрьмы велеть свбодить и дать на Вологде за пристава, и давать нашего, Государева, жалования, подельного корму, чем им мочно сытыми быть, покаместа он, Казимер, и Куземка с Москвы в Сибирь отпущены будут.
Да которого числа и с кем именем с приставом с Вологды их Казимера и Кузьму к Москве отпустите, и велеть о том к нам, Великому Государю, отписать, а отписку велели подать и Казимеру, и Куземке [нрзб] в Сибирском приказе окольничему нашему Родиону Матвеевичу Стрешневу да дьяком нашим Григорию Поронину, да Льву Ермолаеву. Писал на Москве лета 174 октября 17[2]
Послана Государева грамота с Вологодским Великим стряпчим с Ываном Панфиловым того ж числа
[1] 7173 год – 1664/1665 гг.
[2] 17 октября 1665 г.
Отписка из Вологды об отпуске «заключенных» в Москву 31.12.1665 г.
Л.13 Государю Царю и Великому князю Алексею Михайловичу Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержцу холопи твои, Степка Зубов, Микифорко Бакунин, челом бьют. В нынешнем, Государь, во 174-м году декабря 23[1] прислана твоя, Великого Государя Царя и Великого князя Алексея Михайловича Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержца, Грамота да приписью дьяка Льва Ермолаева на Вологду. И нам, холопам твоим, де велено, Государь, шляхтича Казимера Девялтовского да мещанина Куземку Мишукова из тюрьмы свободить и послать их к тебе, Великому Государю, к Москве за приставом, и велено нам, Государь, корму дать, чтобы им мочно доехать до Москвы будет, они гораздо бедны. А Куземкину, Государь, жену Мишукова и сына его велено из тюрьмы свободить и дать на Вологде за пристава, и давать им твоего, Великого Государя, (Л.14) жалование поденного корму, чему им мочно сытым быть, покаместа Казимер и Куземка с Москвы в Сибирь отпущены будут. А которого, Государь, числа и с кем именем с приставом с Вологды они Казимер и Куземка к тебе, Великому Государю, к Москве отпущены будут, потому велено, Государь, отписать к тебе, Великому Государю, к Москве, и Казимера, и Куземку оставить в Сибирском приказе. И по той твоей, Великого Государя Царя и Великого князя Алексея Михайловича Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержца, Грамоте мы, холопы твои, шляхтича Казимера Девялтовского да мещанина Куземку Мишукова послали к тебе, Великому Государю, к Москве с Вологодским приставом с Василием Наквасиным на ямщицких подвозах декабря 31. А твоего, Великого Государя, жалования дали мы, холопы твои, ему, Казимеру, да Куземке на корм в дорогу, чему им сытым быть до Москвы, полтину. А Куземкину, Государь, жену (Л.15) Мишакова и сына его велели мы, холопы твои, из тюрьмы свободить и дали им на Вологде за пристава. Да твоего, Великого Государя, жалования, казенной корм велели им давать по-прежнему, что ему, Кузьке, с женою и сыном давано наперед, сего по алтыну на день. И отписку, Государь, велели подать и шляхтича Казимера Девялтовского да мещанина Куземку Мишукова оставить в Сибирском приказе, и твоему, Великого Государя, окольничему Родиону Матвеевичу Стрешневу да дьякам Григорию Порошину да Льву Ермолаеву
Л.13об. Взять отписку, а шляхтича и мещанина принять и держать в приказе за приставом до Государева указу
174 год января в 8[2] с Вологодским приставом с Василием Наквасиным
Государю Царю и Великому князю Алексею Михайловичу Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержцу
В Сибирский приказ
[1] 23 декабря 1665 г.
[2] 8 января 1666 г.
Л.13об. Взять отписку, а шляхтича и мещанина принять и держать в приказе за приставом до Государева указу
174 год января в 8[2] с Вологодским приставом с Василием Наквасиным
Государю Царю и Великому князю Алексею Михайловичу Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержцу
В Сибирский приказ
[1] 23 декабря 1665 г.
[2] 8 января 1666 г.
Челобитная Девялтовского о вечной службе 10.02.1666 г.
РГАДА Ф.214 Оп.3 Д.812 Л.16
Л.16 Царю и Великому князю Алексею Михайловичу Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержцу бьет челом холоп твой, иноземец шляхтич Казимерко Девялтовский. В прошлом, Государь, во 167 году[1] взят де холоп твой на бою на Волыни под городом, под Ровным, и привезен я был, холоп твой, к Москве, и на Москве сидел я на крымском дворе три недели, и с Москвы я, холоп твой, по твоему, Великого Государя, указу, челом бил я в дальние города в Сибирские в Енисейской острог.
И в Енисейском остроге служил я, холоп твой, тебе, Великому Государю, казачью службу и женился холоп твой в Енисейском остроге на вдове, на казачьей, на пятидесятниковой, на Алексеевой жене Аленихина на Анне Максимове дочери. И как в прошлом, Государь, во 171 году[2] прислана в Енисейской острог твоя, Великого Государя, Грамота, что было нас, иноземцов, взять из Енисейского острогу к тебе, Великому Государю, к Москве. И я, холоп твой, бил челом тебе, Великому Государю, в Енисейском остроге воеводе Василию Елизаровичу Голохвастову, и подал я челобитную, чтобы мне служить по Енисейскому острогу.
И по той челобитной он пустил меня, холопа твоего, с иноземцами вместе для челобитья к Москве, и челобитною мою под отписку не подклеил, и я, холоп твой, из енисейского острогу к тебе, Великому Государю, к Москве не доехал, и застала нас твоя, Великого Государя, Грамота на Вологде. И на Вологде я, холоп твой, сидел в тюрьме два году, и про меня, холопа твоего, по недружбе сына боярского, которой был послан из Енисейского [острога] за иноземцами воеводе Миките Костантиновичу Стрешневу на Вологде не известил, что я холоп твой к тебе, Великому Государю, к Москве ехал за челобитьем, а не на размену с иноземцами. И я, холоп твой, на Вологде многия челобитныя подавал воеводе в Съезжею избу стольнику Стефану Афанасьевичу Зубову да дьяку Богдану Ефимову. И по моему челобитью взят я, холоп твой, к тебе, Великому Государю, к Москве, и я, холоп твой, на Москве отдан в Сибирский приказ, и в Сибирском приказе сижу я, холоп твой, пятую неделю.
Милосердный Государь Царь и Великий князь Алексей Михайлович Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержец, пожалуй меня, холопа своего, по вере де моей, против моей братии, шляхты, которые мои братья, шляхта, служат тебе, Великому Государю, в Тобольском [остроге] и в Тюменском [остроге] в детях боярских. И вели, Государь, меня отпустить в Енисейской острог к женишке и детишкам моим, вели, Государь, мне в Енисейску служить по Енисейскому острогу в детях боярских. Царь Государь, смилуйся пожалуй
И в Енисейском остроге служил я, холоп твой, тебе, Великому Государю, казачью службу и женился холоп твой в Енисейском остроге на вдове, на казачьей, на пятидесятниковой, на Алексеевой жене Аленихина на Анне Максимове дочери. И как в прошлом, Государь, во 171 году[2] прислана в Енисейской острог твоя, Великого Государя, Грамота, что было нас, иноземцов, взять из Енисейского острогу к тебе, Великому Государю, к Москве. И я, холоп твой, бил челом тебе, Великому Государю, в Енисейском остроге воеводе Василию Елизаровичу Голохвастову, и подал я челобитную, чтобы мне служить по Енисейскому острогу.
И по той челобитной он пустил меня, холопа твоего, с иноземцами вместе для челобитья к Москве, и челобитною мою под отписку не подклеил, и я, холоп твой, из енисейского острогу к тебе, Великому Государю, к Москве не доехал, и застала нас твоя, Великого Государя, Грамота на Вологде. И на Вологде я, холоп твой, сидел в тюрьме два году, и про меня, холопа твоего, по недружбе сына боярского, которой был послан из Енисейского [острога] за иноземцами воеводе Миките Костантиновичу Стрешневу на Вологде не известил, что я холоп твой к тебе, Великому Государю, к Москве ехал за челобитьем, а не на размену с иноземцами. И я, холоп твой, на Вологде многия челобитныя подавал воеводе в Съезжею избу стольнику Стефану Афанасьевичу Зубову да дьяку Богдану Ефимову. И по моему челобитью взят я, холоп твой, к тебе, Великому Государю, к Москве, и я, холоп твой, на Москве отдан в Сибирский приказ, и в Сибирском приказе сижу я, холоп твой, пятую неделю.
Милосердный Государь Царь и Великий князь Алексей Михайлович Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержец, пожалуй меня, холопа своего, по вере де моей, против моей братии, шляхты, которые мои братья, шляхта, служат тебе, Великому Государю, в Тобольском [остроге] и в Тюменском [остроге] в детях боярских. И вели, Государь, меня отпустить в Енисейской острог к женишке и детишкам моим, вели, Государь, мне в Енисейску служить по Енисейскому острогу в детях боярских. Царь Государь, смилуйся пожалуй
Челобитная Мишукова о вечной службе 10.02.1666 г.
Л.17 Царю и Великому князю Алексею Михайловичу Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержцу бьет челом иноземец Куземка Мишаков. В прошлом, Государь, во 164 году полонили меня, Куземку, твои, Великого Государя, ратные люди под Борисовом на бою, а в то время, Государь, был стольником и воеводой князь Юрий Никитич Барятинской. И послал нас, полоняников подо Шклов к тебе, Великому Государю. Из-подо Шклова посланы мы, полоняные люди, к Москве и была у нас на дороге межусобная драка с Микулаем Салтыковым. И тот Миколай Салтыков по совету с подъячьим подорожной именной список переписывали, и написали мое имя в последних, с которыми именно был на бою. Они приписали имя мое к шишам по недружбе.
И привезли меня, Государь, к Москве и отданы были в Разрядной приказ, и сидели, Государь, мы в Разряде долгое время, и из Разряду нас подъячий расспрашивал, кто, какого чину, и кто какую службу служил. А я сказал по прежнему опросу, что я служил конную казачью службу под знаменем, а которая, Государь, наша братея конную казачью службу служит, и те помечены были в твои, Государевы, в Сибирские городы в Якуцкой острог десять человек в дети боярские, и в Илимской острог десять же человек, и которые, Государь, гайдуки в Литве пешую службу служили, и те поверстаны в Томском городе в литовском списке в конную службу. А которые, Государь, бедные в шишах и позагонам, и те, Государь, написаны в пашне понедружбе Микулая Салтыкова, что за меня бедного некому было слова заложить.
И сослан я был в те ж городы в Енисейской острог, и жил, Государь, я в Енисейском острогу в посаде. И живучи я в Енисейском острогу, женился на вдове на Александровской жене Тюлуковского, которые были сосланы в тож время во 171 году[1]. И пришла твоя, Великого Государя, Грамота, что велено выслать полских и литовских людей к Москве, к тебе, Великому Государю, на розмену, и я отпущен своею ж братею и с женишком, и с детишком.
Л.18 И навстречу нам пришла твоя, Великого Государя, Грамота, велено нас польских и литовских людей, которые посланы с Сибирских городов, посадить в тюрьму до твоего, Государева, указу, и корму давать. И я, бедной, подавал челобитную в Съезжей избе стольнику и воеводе Стефану Афанасьевичу Зубову да дьяку Богдану Ефимову. На твое, Великого Государя, имя в вечное холопство.
Милостивый Государь Царь и великий князь Алексей Михайлович Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержец, пожалуй меня, бедного, вместо литовского [нрзб] в Енисейской острог в сотничишки. Царь Государь смилуйся
Л.17об. 174 февраля в 10 выписать против их челобитья, и на примере под таким учинены оклады, и поскольку рублев, и чети хлеба, а пуд соли давано вперед, и в середнем верстане
[1] 7171 год – 1662/1663 гг.
И привезли меня, Государь, к Москве и отданы были в Разрядной приказ, и сидели, Государь, мы в Разряде долгое время, и из Разряду нас подъячий расспрашивал, кто, какого чину, и кто какую службу служил. А я сказал по прежнему опросу, что я служил конную казачью службу под знаменем, а которая, Государь, наша братея конную казачью службу служит, и те помечены были в твои, Государевы, в Сибирские городы в Якуцкой острог десять человек в дети боярские, и в Илимской острог десять же человек, и которые, Государь, гайдуки в Литве пешую службу служили, и те поверстаны в Томском городе в литовском списке в конную службу. А которые, Государь, бедные в шишах и позагонам, и те, Государь, написаны в пашне понедружбе Микулая Салтыкова, что за меня бедного некому было слова заложить.
И сослан я был в те ж городы в Енисейской острог, и жил, Государь, я в Енисейском острогу в посаде. И живучи я в Енисейском острогу, женился на вдове на Александровской жене Тюлуковского, которые были сосланы в тож время во 171 году[1]. И пришла твоя, Великого Государя, Грамота, что велено выслать полских и литовских людей к Москве, к тебе, Великому Государю, на розмену, и я отпущен своею ж братею и с женишком, и с детишком.
Л.18 И навстречу нам пришла твоя, Великого Государя, Грамота, велено нас польских и литовских людей, которые посланы с Сибирских городов, посадить в тюрьму до твоего, Государева, указу, и корму давать. И я, бедной, подавал челобитную в Съезжей избе стольнику и воеводе Стефану Афанасьевичу Зубову да дьяку Богдану Ефимову. На твое, Великого Государя, имя в вечное холопство.
Милостивый Государь Царь и великий князь Алексей Михайлович Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержец, пожалуй меня, бедного, вместо литовского [нрзб] в Енисейской острог в сотничишки. Царь Государь смилуйся
Л.17об. 174 февраля в 10 выписать против их челобитья, и на примере под таким учинены оклады, и поскольку рублев, и чети хлеба, а пуд соли давано вперед, и в середнем верстане
[1] 7171 год – 1662/1663 гг.
Рассмотрение челобитных в Сибирском приказе 10.02.1666 г.
Л.19 В сибирском приказе в писано
В прошлом во 163 году[1] по указу Великого Государя Царя и Великого князя Алексея Михайловича Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержца и по памяти из Разряда за приписью дьяка Ивана Темирева, послан в Сибирские городы в ссылку на вечное житье в Илимской острог, в пашню Куземка Мишуков. А у выписки Куземка Мишуков сказал, послан де он с Москвы в Сибирь в Илимской острог, и в Енисейском де [остроге] воевода Максим Ртищев написал его, Куземку, в Енисейском [остроге] в посадские люди.
В прошлом во 168 году[2] по указу Великого Государя и по памяти из Разряда за приписью дьяка Григория Богданова посланы в Сибирь в Тобольск польских и литовских людей 58 человек, а велено из Тобольска боярину и воеводам Князю Ивану Андреевичу Хилкову с товарищи разослать их в Сибирские городы, и из того числа послано в Енисейской острог 10 человек, и в том числе послан в Енисейской [острог] шляхта Казимер Девелтовский Л.20 А у выписки Казимер Девялтовской сказал, служил де он в Сибири в Енисейском остроге Государеву казачью службу.
И в прошлом во 171 году[3] ноября 10 в Сибирской приказ к боярину Князю Алексею Никитичу Трубецкому да к дьякам к Григорию Протопопову да к Миките Юдину в памяти из Разряду за припиской дьяка Афанасия Зыкова написано.
Великий Государь Царь и Великий князь Алексей Михайлович Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержец сказал, которые польские и литовские взятые люди из Сибирского приказу в Сибирские городы сосланы, и тем велеть в городех говорить, чтоб они в православную христианскую веру крестились. А которые из них [захотят] крестят, да и тех велеть крестить и писать в тех городех в Государеву службу, и Государевым жалованием землями и теремы строить их, против их братии, кто всякую службу будет, написать. А которые крестить да не похотели и тех по указу Великого Государя велеть при- (Л. 21) сылать к Москве. И о том посланы в Сибирь в Тобольск к боярину и воеводам Князю Ивану Андреевичу Хилкову с товарищи и в Томской [острог] к воеводам к Ивану Бутурлину да к Прокофию Поводову Великого Государя Грамоты, а ими боярину и воеводам в городы и в остроги к воеводам о себя писать.
И в прошлом в 172 году[4] писал к Великому Государю Царю и Великому князю Алексею Михайловичу Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержцу из Сибири из Енисейска воевода Василей Голохвастов. По указу же Великого Государя и по томской отписке польским и литовским людям о крещении он говорил, и те де польские и литовские люди, Михайло Криса с товарищи 38 человек подали ему, Василию, в Съезжей избе за своими руками сказку, а в сказке их написано. В прошлых де годех по указу Великого Государя присланы они в Енисейской острог, а в Польской де земле крещены они римским крещением обливаны, а не в три погружения, как у них в Полском королевстве (Л.22) преж сего было, и ныне у них вера стоит. А в Московском Государстве в русских и в сибирских городех святым крещением Греческого закона в три погружения не крещены, и впредь крестить да не хотят. И он де, Василей, польских и литовских 38 человек послал к Великому Государю к Москве с Енисейским служилым сыном боярским с Федором Посниковым с товарищи, а челобитчики Казимер Девелтовский и Куземка в том же числе.
И Казимер и Куземка по указу Великого Государя и по грамоте, по их челобитью присланы к Москве в нынешнем во 174 году января 8[5]. А у выписки Казимер Девелтовский сказал, как де говорил в Енисейском [остроге] воевода Василей Голохвастов их брате польским и литовским людям о Святом крещении, и он же, Казимер, в то время был в деревне своей, а как де приехал из деревни, его братья подали за руками сказку воеводе Василию Голохвастову, что они в православную христианскую веру крестить да не хотят и именишко де его (Л.23) в той сказке написано, и руку за него приложил иноземец Петр Кашинский. А он де, Казимер, в сказку их имени своего писать и руки за себя прикладывать никому не велел, потому что он, Казимер, и сам писать умеет. И подал же он воеводе Василию Голохвастову в Съезжей избе челобитную, чтоб Великий Государь пожаловал его, Казимера, велел ему служить свою Государеву службу по Енисейскому острогу, и чтоб же его отпустить к Москве, бить челом Великому Государю о своих нуждах. И Василий же Голохвастов ту его челобитную принял и его, Казимера, к Москве отпустил, а от того же отпуску взял у него, Казимера, коня ценою двадцать рублев да пятнадцать рублев медных, да подьячий Порофей от того же отпуску взял у него шесть рублев. А ведают же (Л.24) про то многие енисейские Великих чинов люди, и, которые и ныне на Москве, служилой человек Василей Иванов, да посадской человек Иван Тихонов, да пашенной крестьянин Ивашко Данилов, и, живучи Казимер в Енисейском [остроге], похотел Великому Государю служить в вечном холопстве и женился, взял за себя казачьего пятидесятника, умершаго, Алешкину жену Оленя. Кузьма Мишуков сказал, вместо его к сказке о Святом крещении руку приложил Петр Кашинский не по его, Кузмину, веленью, заочно. Сослан де он, Кузьма, в Сибирь холост, женился живучи в Енисейском [остроге], на ссыльной же иноземке на Александровое жене Тюлковского.
Л.25 И ныне Великому Государю Царю и Великому князю Алексею Михайловичу Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержцу Казимер Девялтовский бьет челом. По указу же Великого Государя сослан он был в Сибирь в Енисейской острог, служил Великому Государю в Енисейском [остроге] четыре годы, и Великому Государю крест целовал, что ему служить Великому Государю верой и правдой, и чтоб Великий Государь пожаловал его, Казимера, за его службу, и за напрасное тюремное сиденье велел ему быть в Енисейском [остроге] в детях боярских, и свое, Государево, денежное жалование и хлебное, и соляное жалование, оклад велел ему учинить, как ему Великому Государю быть, известит.
Л.26 В челобитной Куземки Мишукова написано, в нынешнем же во 174 году[6] бил он челом Великому Государю в вечную службу в Сибирь в Енисейской острог, а которые его братья иноземцы взяты на том же бою с ним, Куземкою, вместе и они де пожалованы в разных сибирских городех в дети боярские, и чтоб Великий Государь пожаловал его, Кузьму, за его иноземчество, велел ему быть в Енисейском остроге в сотниках.
Л.27 И к их Казимерову и Кузмину челобитью написаны, например, Енисейские дети боярские с денежными и с хлебными, и соляными оклады
2 человека по 23 рубли, хлеба по 16 четей ржи, по 10 четей овса, по 5 пуд соли
1 человек 20 рублев, 20 четей ржи, 15 четей овса, 5 соли
1 человек 20 рублев, 20 четей ржи, 16 четей овса, 5 пуд соли
1 человек денег 20 рублев, 5 пуд соли, служит с пашни без хлебного жалования
1 человек денег 20 рублев, 20 четей ржи, 20 четей овса, 3 пуда соли
1 человек 18 рублев, 14 четей ржи, 12 четей овса, 3 пуда соли
1 человек денег 12 рублев, хлеба 8 четей ржи, 7 четей овса, 2 пуда с четью соли
4 человека по 10 рублев, хлеба по 10 и по 9, и по 8 четей ржи, по 9 и по 8, и по 6 четей овса, по 3 и по 2 пуда с четью соли
Л.28 Сотнику стрелецкому оклад денег 12 рублев, хлеба 7 четей ржи, 4 чети овса, 2 пуда с четью соли 174 года февраля в 10[7]. По указу Великого Государя окольничий Родион Матвеевич Стрешнев слушал в Съезжей [избе], в отписке приказал им службу Государеву служить в Сибири в Енисейском [остроге]. Для их иноземства, чтоб они Великому Государю били челом вечно служить шляхтичу Казимеру Девялтовскому в Енисейском [остроге] в детях боярских, а мещанину Кузьме Мешекову в казачьи сотники другим[8] человеком. А оклад их учинить Государева денежного жалования Казимеру пятнадцать рублев, хлеба двенадцать четей ржи, да овса десять четей, Кузьме денег тринадцать рублев, хлеба десять четей ржи, овса девять четей, соли по два пуда также. И такие денежные жалования по окладу их дать им на Москве с полна, для того чтобы они, польска, с Государевой милости вешно служили, а хлебное жалование и соль велеть выдать в Енисейском [остроге] по окладом их сполна, и о том дать им Великого Государя грамоту, а что им дано на Москве и того в Енисейском давать
[1] 7163 год – 1654/1655 гг.
[2] 7168 год – 1659/1660 гг.
[3] 10 ноября 1662 г.
[4] 7172 год – 1663/1664 гг.
[5] 8 января 1666 г.
[6] 7174 год – 1665/1666 гг.
[7] 10 февраля 1666 г.
[8] Вторым.
В прошлом во 163 году[1] по указу Великого Государя Царя и Великого князя Алексея Михайловича Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержца и по памяти из Разряда за приписью дьяка Ивана Темирева, послан в Сибирские городы в ссылку на вечное житье в Илимской острог, в пашню Куземка Мишуков. А у выписки Куземка Мишуков сказал, послан де он с Москвы в Сибирь в Илимской острог, и в Енисейском де [остроге] воевода Максим Ртищев написал его, Куземку, в Енисейском [остроге] в посадские люди.
В прошлом во 168 году[2] по указу Великого Государя и по памяти из Разряда за приписью дьяка Григория Богданова посланы в Сибирь в Тобольск польских и литовских людей 58 человек, а велено из Тобольска боярину и воеводам Князю Ивану Андреевичу Хилкову с товарищи разослать их в Сибирские городы, и из того числа послано в Енисейской острог 10 человек, и в том числе послан в Енисейской [острог] шляхта Казимер Девелтовский Л.20 А у выписки Казимер Девялтовской сказал, служил де он в Сибири в Енисейском остроге Государеву казачью службу.
И в прошлом во 171 году[3] ноября 10 в Сибирской приказ к боярину Князю Алексею Никитичу Трубецкому да к дьякам к Григорию Протопопову да к Миките Юдину в памяти из Разряду за припиской дьяка Афанасия Зыкова написано.
Великий Государь Царь и Великий князь Алексей Михайлович Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержец сказал, которые польские и литовские взятые люди из Сибирского приказу в Сибирские городы сосланы, и тем велеть в городех говорить, чтоб они в православную христианскую веру крестились. А которые из них [захотят] крестят, да и тех велеть крестить и писать в тех городех в Государеву службу, и Государевым жалованием землями и теремы строить их, против их братии, кто всякую службу будет, написать. А которые крестить да не похотели и тех по указу Великого Государя велеть при- (Л. 21) сылать к Москве. И о том посланы в Сибирь в Тобольск к боярину и воеводам Князю Ивану Андреевичу Хилкову с товарищи и в Томской [острог] к воеводам к Ивану Бутурлину да к Прокофию Поводову Великого Государя Грамоты, а ими боярину и воеводам в городы и в остроги к воеводам о себя писать.
И в прошлом в 172 году[4] писал к Великому Государю Царю и Великому князю Алексею Михайловичу Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержцу из Сибири из Енисейска воевода Василей Голохвастов. По указу же Великого Государя и по томской отписке польским и литовским людям о крещении он говорил, и те де польские и литовские люди, Михайло Криса с товарищи 38 человек подали ему, Василию, в Съезжей избе за своими руками сказку, а в сказке их написано. В прошлых де годех по указу Великого Государя присланы они в Енисейской острог, а в Польской де земле крещены они римским крещением обливаны, а не в три погружения, как у них в Полском королевстве (Л.22) преж сего было, и ныне у них вера стоит. А в Московском Государстве в русских и в сибирских городех святым крещением Греческого закона в три погружения не крещены, и впредь крестить да не хотят. И он де, Василей, польских и литовских 38 человек послал к Великому Государю к Москве с Енисейским служилым сыном боярским с Федором Посниковым с товарищи, а челобитчики Казимер Девелтовский и Куземка в том же числе.
И Казимер и Куземка по указу Великого Государя и по грамоте, по их челобитью присланы к Москве в нынешнем во 174 году января 8[5]. А у выписки Казимер Девелтовский сказал, как де говорил в Енисейском [остроге] воевода Василей Голохвастов их брате польским и литовским людям о Святом крещении, и он же, Казимер, в то время был в деревне своей, а как де приехал из деревни, его братья подали за руками сказку воеводе Василию Голохвастову, что они в православную христианскую веру крестить да не хотят и именишко де его (Л.23) в той сказке написано, и руку за него приложил иноземец Петр Кашинский. А он де, Казимер, в сказку их имени своего писать и руки за себя прикладывать никому не велел, потому что он, Казимер, и сам писать умеет. И подал же он воеводе Василию Голохвастову в Съезжей избе челобитную, чтоб Великий Государь пожаловал его, Казимера, велел ему служить свою Государеву службу по Енисейскому острогу, и чтоб же его отпустить к Москве, бить челом Великому Государю о своих нуждах. И Василий же Голохвастов ту его челобитную принял и его, Казимера, к Москве отпустил, а от того же отпуску взял у него, Казимера, коня ценою двадцать рублев да пятнадцать рублев медных, да подьячий Порофей от того же отпуску взял у него шесть рублев. А ведают же (Л.24) про то многие енисейские Великих чинов люди, и, которые и ныне на Москве, служилой человек Василей Иванов, да посадской человек Иван Тихонов, да пашенной крестьянин Ивашко Данилов, и, живучи Казимер в Енисейском [остроге], похотел Великому Государю служить в вечном холопстве и женился, взял за себя казачьего пятидесятника, умершаго, Алешкину жену Оленя. Кузьма Мишуков сказал, вместо его к сказке о Святом крещении руку приложил Петр Кашинский не по его, Кузмину, веленью, заочно. Сослан де он, Кузьма, в Сибирь холост, женился живучи в Енисейском [остроге], на ссыльной же иноземке на Александровое жене Тюлковского.
Л.25 И ныне Великому Государю Царю и Великому князю Алексею Михайловичу Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержцу Казимер Девялтовский бьет челом. По указу же Великого Государя сослан он был в Сибирь в Енисейской острог, служил Великому Государю в Енисейском [остроге] четыре годы, и Великому Государю крест целовал, что ему служить Великому Государю верой и правдой, и чтоб Великий Государь пожаловал его, Казимера, за его службу, и за напрасное тюремное сиденье велел ему быть в Енисейском [остроге] в детях боярских, и свое, Государево, денежное жалование и хлебное, и соляное жалование, оклад велел ему учинить, как ему Великому Государю быть, известит.
Л.26 В челобитной Куземки Мишукова написано, в нынешнем же во 174 году[6] бил он челом Великому Государю в вечную службу в Сибирь в Енисейской острог, а которые его братья иноземцы взяты на том же бою с ним, Куземкою, вместе и они де пожалованы в разных сибирских городех в дети боярские, и чтоб Великий Государь пожаловал его, Кузьму, за его иноземчество, велел ему быть в Енисейском остроге в сотниках.
Л.27 И к их Казимерову и Кузмину челобитью написаны, например, Енисейские дети боярские с денежными и с хлебными, и соляными оклады
2 человека по 23 рубли, хлеба по 16 четей ржи, по 10 четей овса, по 5 пуд соли
1 человек 20 рублев, 20 четей ржи, 15 четей овса, 5 соли
1 человек 20 рублев, 20 четей ржи, 16 четей овса, 5 пуд соли
1 человек денег 20 рублев, 5 пуд соли, служит с пашни без хлебного жалования
1 человек денег 20 рублев, 20 четей ржи, 20 четей овса, 3 пуда соли
1 человек 18 рублев, 14 четей ржи, 12 четей овса, 3 пуда соли
1 человек денег 12 рублев, хлеба 8 четей ржи, 7 четей овса, 2 пуда с четью соли
4 человека по 10 рублев, хлеба по 10 и по 9, и по 8 четей ржи, по 9 и по 8, и по 6 четей овса, по 3 и по 2 пуда с четью соли
Л.28 Сотнику стрелецкому оклад денег 12 рублев, хлеба 7 четей ржи, 4 чети овса, 2 пуда с четью соли 174 года февраля в 10[7]. По указу Великого Государя окольничий Родион Матвеевич Стрешнев слушал в Съезжей [избе], в отписке приказал им службу Государеву служить в Сибири в Енисейском [остроге]. Для их иноземства, чтоб они Великому Государю били челом вечно служить шляхтичу Казимеру Девялтовскому в Енисейском [остроге] в детях боярских, а мещанину Кузьме Мешекову в казачьи сотники другим[8] человеком. А оклад их учинить Государева денежного жалования Казимеру пятнадцать рублев, хлеба двенадцать четей ржи, да овса десять четей, Кузьме денег тринадцать рублев, хлеба десять четей ржи, овса девять четей, соли по два пуда также. И такие денежные жалования по окладу их дать им на Москве с полна, для того чтобы они, польска, с Государевой милости вешно служили, а хлебное жалование и соль велеть выдать в Енисейском [остроге] по окладом их сполна, и о том дать им Великого Государя грамоту, а что им дано на Москве и того в Енисейском давать
[1] 7163 год – 1654/1655 гг.
[2] 7168 год – 1659/1660 гг.
[3] 10 ноября 1662 г.
[4] 7172 год – 1663/1664 гг.
[5] 8 января 1666 г.
[6] 7174 год – 1665/1666 гг.
[7] 10 февраля 1666 г.
[8] Вторым.
Челобитная Девялтовского о возмещении взятки 14.02.1666 г.
Л.1 Царю Государю и Великому князю Алексею Михайловичу Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержцу бьет челом, холоп твой, енисейского острогу нововерстаный сынишко боярский Казимирко Девялтовской. В прошлом, Государь, во 166[1] году по твоему, Великого Государя, указу, сослан я, холоп твой, в Сибирь в Енисейский острог, и будучи я, холоп твой, в Енисейском острогу женился. И пришла твоя, Великого Государя, грамота в Енисейской острог, что велено быть с Сибири на размен польским и литовским людям. И подал я, холоп твой, в том Енисейском остроге челобитную воеводе Василию Елизаровичу Голохвастову, что служил по Енисейскому острогу, и по той челобитной отпустил меня, холопа твоего, и с теми иноземцами к Москве. А тот мою челобитную под отписку не подклеил, а взял с меня, холопа твоего, воевода от той челобитной лощадь иноходца, цена той лошади пятнадцать рублев, да денег пятнадцать рублев. Да подьячий Парафей Петухов взял с меня ж, холопа твоего, шесть рублев, да муки ржаной 10 пудов, цена за пуд пять алтын[2]. Милосердный Государь, Царь и Великий князь Алексей Михайлович Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержец, пожалей меня, холопа своего, вели, Государь, о том дать свою Великого Государя Грамоту в Сибирь в Енисейской острог, что на том воеводе и на подьячему за лошадь и за деньги, и за хлеб доправить[3]. Царь Государь Смилуйся
Л.1об 174 год февраля в 14[4] по указу Великого Государя окольничий Родион Матвеев Стрешнев с той сей челобитной приказал дать великого Государя Грамоту, велел против челобитья сыскать и указ его учинить, по Государеву сыну боярскому уложить
[1] 7166 год – 1657/1658 гг.
[2] Алтын – 3 копейки.
[3] Доправить – сыскать убытки.
[4] 14 февраля 1666 г.
Л.1об 174 год февраля в 14[4] по указу Великого Государя окольничий Родион Матвеев Стрешнев с той сей челобитной приказал дать великого Государя Грамоту, велел против челобитья сыскать и указ его учинить, по Государеву сыну боярскому уложить
[1] 7166 год – 1657/1658 гг.
[2] Алтын – 3 копейки.
[3] Доправить – сыскать убытки.
[4] 14 февраля 1666 г.
Государева Грамота в Енисейск о поверстании 28.02.1666 г.
Л.29 От Царя и Великого князя Алексея Михайловича Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержца в Сибирь в Енисейской острог стольнику нашему и воеводе Кирилу Алистарховичу Яковлеву. Били челом нам, Великому Государю, вологодские тюремные сидельцы польские люди, которые присланы по нашему, Великого Государя, указу из Сибири из Енисейского острогу для размены наших ратных людей Казимер Девелтовский да Кузьма Мишуков. В прошлых годех взяты они на боях и сосланы были в Сибирь в Енисейской острог в нашу Государеву службу. И, будучи в Енисейском [остроге], женились и нам бы, Великому Государю, пожаловать их. Велеть их, Казимера и Кузьму, с Москвы отпустить в Сибирь в Енисейской острог и велеть им быть, Казимеру, в детях боярских, а Кузьме, в сотниках.
Л.30 И по нашему, Великого Государя, указу велено им и нашу государеву службу служить в Енисейском остроге. А нашего, Великого Государя, жалования годовой оклад учинить им на Москве. Казимеру денег пятнадцать рублев, хлеба двенадцать четей ржи, десять четей овса, два пуда соли. Кузьме денежное жалование дано ему.
Л.31 И как к тебе сия наша, Великого Государя, Грамота придет, а Казимер и Кузьма в Енисейской острог приедут, чтоб велел им быть (Л.32) в Енисейском остроге в нашей Государевой службе. Казимеру Девялтовскому в детях боярских, а Кузьме Мишакову в сотниках стрелецких. И то наше, Великого Государя, годовое денежное жалование, Московскую дачу, их хлебное и соляное жалование, что им ныне учинено на Москве, в Енисейских денежных и в хлебных, и в соляных окладных имянных книгах, и в сметных списках велеть справить, и хлебное жалование, и соль по их окладам на нынешнем, на 174 году[1]. И вперед то наше Государево денежное и хлебное, и соляное жалование по их окладам велеть им давать по все годы сполна. Писал на Москве лета 7174 февраля в 28[2]
Л.29об. Казимеру денег пятнадцать рублев, хлеба двенадцать четей ржи, десять четей овса. Кузьме денег тринадцать рублев, хлеба десять четей ржи, девять четей овса, по два пуда соли. И то наше, Великого Государя денежное жалование на нынешнем 174 году дано им на Москве.
Л.30об. [Казимеру] в детях боярских, Кузьме в сотниках стрелецких.
Кузьме денег тринадцать рублев, хлеба десять четей, девять четей овса, соли два пуда. И наше, Великого Государя, годовое денежное жалование на нынешний на 174 год [дано] по их окладу сполна. Для их бедности выдано им по их челобитью на Москве: Казимеру Девялтовскому пятнадцать рублев, сотнику Кузьме (Л.31об.) Мишакову тринадцать рублев.
Л.32об. И с тем их окладом, которые ныне учинены им на Москве, в Енисейских окладных и имянных книгах велеть справить и наше Государево хлебное жалование, соль по окладам их на нынешнем на 174 году велеть им выдать в Енисейском остроге. А денежного нашего годового жалования на нынешней на 174 год в Енисейском остроге давать не велено для того, что дача была на то дана в двое
[1] 7174 года – 1665/1666 гг.
[2] 28 февраля 1666 г.
Л.30 И по нашему, Великого Государя, указу велено им и нашу государеву службу служить в Енисейском остроге. А нашего, Великого Государя, жалования годовой оклад учинить им на Москве. Казимеру денег пятнадцать рублев, хлеба двенадцать четей ржи, десять четей овса, два пуда соли. Кузьме денежное жалование дано ему.
Л.31 И как к тебе сия наша, Великого Государя, Грамота придет, а Казимер и Кузьма в Енисейской острог приедут, чтоб велел им быть (Л.32) в Енисейском остроге в нашей Государевой службе. Казимеру Девялтовскому в детях боярских, а Кузьме Мишакову в сотниках стрелецких. И то наше, Великого Государя, годовое денежное жалование, Московскую дачу, их хлебное и соляное жалование, что им ныне учинено на Москве, в Енисейских денежных и в хлебных, и в соляных окладных имянных книгах, и в сметных списках велеть справить, и хлебное жалование, и соль по их окладам на нынешнем, на 174 году[1]. И вперед то наше Государево денежное и хлебное, и соляное жалование по их окладам велеть им давать по все годы сполна. Писал на Москве лета 7174 февраля в 28[2]
Л.29об. Казимеру денег пятнадцать рублев, хлеба двенадцать четей ржи, десять четей овса. Кузьме денег тринадцать рублев, хлеба десять четей ржи, девять четей овса, по два пуда соли. И то наше, Великого Государя денежное жалование на нынешнем 174 году дано им на Москве.
Л.30об. [Казимеру] в детях боярских, Кузьме в сотниках стрелецких.
Кузьме денег тринадцать рублев, хлеба десять четей, девять четей овса, соли два пуда. И наше, Великого Государя, годовое денежное жалование на нынешний на 174 год [дано] по их окладу сполна. Для их бедности выдано им по их челобитью на Москве: Казимеру Девялтовскому пятнадцать рублев, сотнику Кузьме (Л.31об.) Мишакову тринадцать рублев.
Л.32об. И с тем их окладом, которые ныне учинены им на Москве, в Енисейских окладных и имянных книгах велеть справить и наше Государево хлебное жалование, соль по окладам их на нынешнем на 174 году велеть им выдать в Енисейском остроге. А денежного нашего годового жалования на нынешней на 174 год в Енисейском остроге давать не велено для того, что дача была на то дана в двое
[1] 7174 года – 1665/1666 гг.
[2] 28 февраля 1666 г.
Государева Грамота в Енисейск о возмещении взятки 28.02.1666 г.
Л.34 От Царя и Великого князя Алексея Михайловича Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержца в Сибирь в Енисейской острог стольнику нашему и воеводе Кирилу Алистарховичу Яковлеву. Бил челом нам, Великому Государю, иноземец Казимер Девялтовской. В прошлом де во 168 году[1] по нашему, Великого Государя, указу сослан он в Сибирь в Енисейской острог и, будучи он в Енисейском остроге, женился, и бил челом Великому Государю, в енисейской Съезжей избе воеводе Василию Голохвастову подавал челобитную. И подал он, Казимер, о том в Енисейском остроге челобитною воеводе, что б ему служить по Енисейскому острогу, и отпустить его к Москве. Василей Голохвастов взял с него Казимера от той челобитной иноходца, денег пятнадцать рублев, да подьячий Прохор Петухов взял у него, Казимера, шесть рублев да десять пудов муки ржаной. Л.35 И нам он, Великому Государю, пожаловал. Его, Казимера, велел на Василии Голохвастове, на подъячьем на Порофее, что они с него взяли, на них доправить и отдать ему. Как к тебе сия наша, Великого Государя, Грамота придет, и ты б промеж челобитья иноземца Казимера Девялтовского велел в Енисейском [остроге] сыскать, указ учинить по нашему, Великого Государя, указу и по Соборному Уложению. Писал на Москве лета 7174 февраля в 28[2]
[1] 7168 года – 1659/1660 гг.
[2] 28 февраля 1666 г.
[1] 7168 года – 1659/1660 гг.
[2] 28 февраля 1666 г.
Государева Грамота в Вологду об отпуске 28.02.1666 г.
Л.36 От Царя и Великого князя Алексея Михайловича Всея Великия и Малыя и Белыя России самодержца на Вологду стольнику нашему и воеводе Степану Афанасьевичу Зубову да дьяку нашему Микифору Бакунину. По нашему, Великого Государя, указу отпущены с Москвы в Сибирь в Енисейской острог в нашу, Государеву, службу иноземцы, вологодские тюремные сидельцы, которые по нашей, Великого Государя, Грамоте, по их челобитью взяты были к Москве Казимер Девялтовской да Кузма Мишуков. А Сибири в Енисейском остроге велено им быть в нашей, Великого Государя, службе: Казимеру в детях боярских, а Кузьме в сотниках стрелецких. И как к вам сия наша, Великого Государя, Грамота придет, Казимер и Кузьма на Вологду приедут и выпустить Кузмину жену Мишукова Авдотью с сыном Тихоном велено, отдать ему Кузьме и отпустить их с Вологды в Сибирь без задержания. Писал на Москве лета 7174 февраля в 28
© 2025
Все права защищены
Все права защищены
european.genealogical.center@gmail.com
european.genealogical.center@gmail.com
© 2025
Все права защищены
Все права защищены
Контакты: